Пожилой Алексей, бывший военный на покое, стоял в растерянности, чуть склонив голову набок, словно ощипанный петух; он глядел пристально и с каким-то любопытством вслушивался в слова жены МатренЫ, которая теперь взяла над ним верх и распоряжалась его волей.